Мы слышали от неистового объедения, что блудная брань в теле есть его исчадие; и это не удивительно. Сему научает нас древний наш праотец Адам; ибо если бы он не был побежден чревом, то, конечно, не познал бы, что такое жена. Посему соблюдающие первую заповедь (о воздержании) не впадают во второе преступление (нарушением целомудрия); и хотя пребывают сынами Адамовыми, однако не знают, что был Адам (по падении); но бывают малым чим умалены от Ангел; и это для того, чтобы зло не пребывало бессмертным, как говорит учитель, почтенный именем Богослова....

Чтобы понять наши претензии к современному телевидению, достаточно включить любой из центральных каналов. Речь идет не о пуританском отношении к телу и к ненормативной лексике, – проблема гораздо глубже.

Наше телевидение – грубое и бесстыдное, в нем почти не осталось целомудрия. Вообще слово "целомудрие" уничтожено, выведено из речи.

Реакция на него – нездоровый хохоток, будто вслух произнесено нечто крайне неприличное. Вы когда-нибудь видели, как в телешоу при очередной скабрезной шутке камера скользит по лицам в зале? Как губы выдавливают усиленные смешки, а глаза разбегаются в смущении? Им неловко! В людях говорят остатки целомудрия, но производители ТВ вытравливают кислотой цинизма эти жалкие остатки... "Будьте бесстыдными!"

По предсказаниям святых Отцов, одним из характерных признаков кончины мира будет повсеместное и ужасное засилие разврата, гнусной плотской распущенности, неукротимого сладострастия. Апокалипсис изображает это последнее крайнее растление мира в образе жены, сидящей на звере багряном (Откр. 17:3), великой блудницы, которая облечена в порфиру и багряницу, украшена золотом, драгоценными камнями и жемчугом, держит в руке своей золотую чашу, наполненную мерзостями и нечистотою блудодейства (Откр. 17:4). Символизирует она собой город, царствующий над земными царями, этакий "Вавилон," столицу последнего человеческого рода (Откр. 18:2), ставший жилищем бесов и пристанищем всякому нечистому духу, яростным вином блудодеяния напояющий все народы. Цари земные будут блудодействовать с этим городом, купцы земные будут богатеть от великой роскоши его (Откр. 18:2-3).

Наблюдая нашу учащуюся молодежь (мужскую половину), я замечаю в ней удивительное сочетание противоположных свойств.

С одной стороны — горячие порывы ко всему высокому, прекрасному, доброму, благородному; горячая отзывчивость на человеческое горе и страдание; искреннее негодование на всякую неправду, лицемерие и насилие; готовность всем пожертвовать, даже жизнью и свободою, во имя правды и добра.

С другой стороны — ряд падений до самых темных и грязных глубин греха, неудержимое влечение к постыднейшим чувственным наслаждениям, легкомысленное попирание в грязь не только своего собственного человеческого достоинства, но и достоинства другого человека, за которого в другие минуты молодежь готова так горячо жертвовать собою...

Борьбу с нравственным злом тогда именно и нужно начинать, когда зло находится еще внутри нас, когда оно еще только зарождается, еще не окрепло. «Не время спасать дом от пожара, когда огонь уже распространился, но начинай спасать его заблаговременно, когда только появится пламя», — говорит тот же Иоанн Кронштадтский.

***

Из сказанного вытекает для молодежи правило — при первом же пробуждении половой чувственности стать твердо и мужественно на страже своей чистоты. Конечно, это легче сказать или пожелать, нежели сделать. Когда окружающая жизнь полна эротических соблазнов, когда и печать, и зрелища, и примеры старших, и прямые, непосредственные искушения толкают юношу на путь нарушения своей чистоты, а иногда и прямо на путь разврата, тогда нужно иметь слишком твердые и крепкие внутренне нравственные устои, чтобы не пойти по общей, проторенной, хотя и грязной, дорожке. Надо быть своего рода Лотом, который, живя в развратном Содоме, сумел сохранить независимость и чистоту своего нравственного пути; или быть своего рода прекрасным Иосифом, которого живущий в душе его страх Божий удержал от соблазна падения.

Источник:Журнал Московской Патриархии №4, 1997

А кто соблазнит одного из малых сих, верующих
в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему
мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской.
Мф. 18, 6

О повреждении детской души в последние времена говорится в пространной книге «Посмертных вещаний» преподобного Нила Мироточивого, Афонского подвижника ХVI столетия. В ней святой Нил свидетельствует, что самое невинное и нежное — наши дети — в конце времен превзойдут своей злобой и лукавством не только взрослых, но и демонов. И настолько злоухищренны будут мысли и деяния подрастающего поколения, пророчествует святой Нил, что падшей силе даже и не понадобится искушать детей внешними приманками. Они будут по свободному произволению выполнять все то, чего диавол хотел бы от них добиться с помощью своих служителей — злых духов.

......

Нравственные последствия греховного образа мыслей и жизни сказываются в одержимости, которую французы называют «obsession» — «одержимость страстью». Человек не владеет собой, голос разума смолкает; похоть, забираясь в святилище души, приводит к агрессии, росту изнасилований, безобразным сценам, которые превращают место собраний таких одержимых личностей в свальный грех. Мы, священники Москвы, уже знаем, к несчастью, как в школах, где администрация совсем не следит за нравственным воспитанием учащихся, подростки средь бела дня творят скверну в туалетах со своими же одноклассницами.

Сегодня во всем мире чрезвычайно остро стоит проблема преемственности поколений:. чьи ценности жизни возобладают в недалеком будущем? Кого выберут дети разных возрастов в качестве объектов для подражания и каковы последствия этих выборов для самих детей и для культуры в целом?

Известным культурологом и этнографом Маргарет Мид была разработана известная теория, согласно которой существует три типа культур: постфигуративная, где дети учатся прежде всего у старшего поколения (это все культуры с патриархальными отношениями, большими семьями и свято хранимыми традициями), кофигуративная, где и дети и взрослые учатся у своих сверстников, современников (это все культуры с ориентацией на настоящее, с семьями нуклеарного типа и зыбкостью традиционных устоев). И, наконец, префигуративная культура, где взрослые учатся также у своих детей. Каковы характеристики этой последней? Исследовательница ограничивается лишь констатацией: «Теперь мы вступаем в период, новый для истории, когда молодежь с ее префигуративным схватыванием еще неизвестного будущего наделяется новыми правами».

Ввиду того, что предрассудок о вреде целомудрия настолько распространен между современным потомством и даже между солидными мужчинами и, к сожалению, поддерживается некоторыми врачами, что просто становится страшно не только за будущность молодежи вообще, но и даже за будущность всего народа, ибо давно уже доказано, что половая распущенность служит одною из причин вырождения наций, составляя родную сестру алкоголизма; поэтому будет вполне своевременно поднять голос в защиту целомудрия, как глубоко попираемого в настоящее время. При этом спешим оговориться, что защита наша будет не физиологическая и вообще не специально врачебная, а нравственная и психологическая.

В силу этого мы полагаем не лишним познакомить просвещенных читателей с теми средствами защиты целомудрия, которые в данное время может представить верующий врач.

Мы определяем целомудрие так, как определяет его и богословие: физическая природа наша имеет влечение к тем удовольствиям, которые доставляет союз супружеский; хотя это влечение вложено в нас Самим Творцом для воспроизведения и плодотворения человеческого рода, но, как и все чувственные влечения, оно непременно должно быть регулировано и подчинено высшему нравственному закону. Вот это-то регулирование нашего естественного стремления и подчинение его нравственному закону и составляет то, что мы называем целомудрием.